«Погибаю, но не сдаюсь!»
За что после жесточайших пыток убит в одиночной камере полковник ФСБ
В распоряжении «Новой» оказались копии предсмертных писем полковника ФСБ Олега Ефремова, написанные им в тюремной камере. Первое письмо он намеревался отправить президенту Медведеву, секретарю Совбеза Патрушеву и генпрокурору Чайке. Два других предназначались супруге и адвокату. Пока не известно, дошли ли послания до адресатов, однако через несколько дней после жесточайших пыток полковник ФСБ был убит в одиночной камере Боровской спецколонии (ИК-11).
За несколько дней до смерти Ефремова его супруга пыталась достучаться до следователей и прокуроров, чтобы высказать опасения за жизнь мужа, но ее никто не принял.
Действующие лица
Полковник Олег Ефремов —
поступил на службу в Нижегородское УФСБ в 1993 году. С 2005 года руководил следственным отделом (СО). За участие в первой чеченской кампании награжден орденом Мужества. В 2009 году арестован за продажу героина (40 кг), изъятого при обысках.
Генерал-лейтенант Олег Храмов —
бывший начальник УФСБ Нижнего Новгорода (сейчас работает в центральном аппарате ФСБ).
Гуля Ходырева —
супруга бывшего губернатора Нижегородской области. Подозревалась в организации незаконной допэмиссии акций Новомирского ГОКа. В итоге с Ходыревой сняли все обвинения, осуждены были сотрудники местного Дорожного фонда.
Борис Петров —
начальник отдела собственной безопасности УФСБ Нижнего Новгорода, возглавлявший оперативное сопровождение уголовного дела.
Сергей Полудневич —
прокурор по делу Ефремова
Президенту Российской Федерации
Секретарю Совета Безопасности РФ
Генеральному прокурору РФ
Заявление
В моей смерти виновен Храмов Олег Владимирович – начальник УФСБ РФ по Нижегородской области, который с 2006 года по настоящее время ненавидит меня и боится по следующим причинам:
Я, как начальник Следственного отдела УФСБ РФ по Нижегородской области, отказался исполнить незаконный приказ Храмова о прекращении уголовного дела в отношении обвиняемой Ходыревой Гули Иргашевны – жены экс-губернатора Нижегородской области. По имеющейся у меня информации Храмов О.В. взял за решение вопроса о прекращении уголовного дела взятку от Ходырева Геннадия Максимовича в размере 100 млн рублей.
<…>1
У меня имеются конкретные фактические данные о вредительской деятельности Храмова О.В. в должности начальника УФСБ РФ по Нижегородской области, направленной на развал дееспособности Управления и подрыв государственной безопасности в регионе, начиная от смещения с должностей абсолютно всего руководящего состава Управления, расформирования Следственного отдела (признанного в 2008 году лучшим в системе ФСБ России) и заканчивая противоправной незаконной деятельностью Храмова О.В. – «крышевание» коммерческих структур, незаконное и несанкционированное судом проведение мероприятий «ПТП»2, «НАЗ»3 и т.п. Все эти факты легко установить при производстве комплексной проверки деятельности Храмова О.В. и тем более при его оперативной разработке.
Совокупность указанных причин привела к тому, что Храмов О.В., действуя через свое доверенное лицо – назначенного им начальником отделения СБ Управления Петрова Бориса Ивановича, сфальсифицировали в отношении меня абсурдное уголовное дело, оказывали давление на судей Пырьева и Медведеву, с тем чтобы незаконно заключить меня под стражу. Используя агентуру в криминальной среде, Храмов О.В. и Петров Б.И. дали указание убить меня, сымитировав, по возможности, «естественную» смерть.
Я нахожусь в здравом рассудке и твердой памяти при написании этого заявления.
Являюсь кадровым офицером контрразведки России, ветераном боевых действий, кавалером ордена Мужества и не склонен кончать жизнь самоубийством ни при каких обстоятельствах.
На основании изложенного, прошу привлечь Храмова Олега Владимировича и Петрова Бориса Ивановича к уголовной ответственности за организацию моего убийства.
Полковник Ефремов О.Г.
Необходимые пояснения
1По этическим соображениям, мы закрыли часть текста письма, касающегося личной жизни генерала Храмова.
2ПТП — телефонная прослушка.
3НАЗ — незаконная аудиозапись.
Письмо адвокату
Опера предлагают чистосерд[ечно] признать то, что вменяют (в части 228-1); за это –
1) Гособвинение не требует 20 лет, а ФСБ не давит на суд и прокур[ора].
2) Находят для меня «хорошую» зону и «хорошую» должность на ней.
3) Возможность УДО.
+
Что я хочу потребовать к этому:
1) Ниже низшего или условно.
2) Гарантии от военн[ого] прокурора.
3) Максимум смягчающих обстоятельств в обв[инительном] закл[ючении].
4) Измен[ение] меры пресечения.
~ 17 – 20.05.09.
Письмо супруге
На суде почти «сломался». Был готов дать любые показания, в отношении кого угодно, лишь бы … [неразб.] увидеть тебя и побыть с тобой хоть несколько денечков. Но Полудневич сказал, что в любом случае на свободу меня уже не выпустят; и в любом случае будут запрашивать 20 лет. И я подумал – да пошли они все на хер! Погибаю, но не сдаюсь! <…>
Получено 26.05.09
Одиночка ИК-11
В 2004 году сотрудники нижегородского Госнаркоконтроля задержали двух дилеров, на допросе они показали, что героин приобретали у бывшего начальника следственного отдела УФСБ Нижнего Новгорода Владимира Обухова. Поначалу уголовное дело тихо замяли, но в 2008 году неожиданно возобновили расследование. По сведениям нашего источника, инициатором возобновления расследования выступил новый начальник УФСБ — генерал Храмов.
Вскоре был отстранен от службы и арестован начальник СО УФСБ — Олег Ефремов, который, по версии следствия, вместе с Обуховым приторговывал конфискованным героином. На допросах Ефремов все отрицал, никаких показаний не давал и постоянно писал жалобы в различные инстанции.
Неожиданно подследственного Ефремова, вина которого еще не была признана судом, перевели в места лишения свободы — в Боровскую спецколонию, где отбывают наказания осужденные сотрудники милиции, и посадили в одиночную камеру. За несколько часов до смерти чекиста посетили двое сотрудников отдела собственной безопасности УФСБ — Илюшин и Чертков и «попытались снова склонить к чистосердечным признаниям» (на суде оба заявили, что не помнят причину своего приезда в спецколонию). А спустя некоторое время Ефремов был забит до смерти.
История таинственной гибели полковника ФСБ наделала много шума. По обвинению в убийстве Ефремова на скамье подсудимых оказались начальник отдела безопасности ИК-11 Бобриков, оперуполномоченный Кручинин, оперативный дежурный Мангер, помощник дежурного Иванов, а также заключенные Архипов и Торопов (бывший спарринг-партнер братьев Кличко).
Как сказано в обвинительном заключении, якобы желая помочь правосудию, вертухаи и осужденные менты «подвесили связанного Ефремова к трубе и избивали его кулаками, ногами и резиновой дубинкой» (всего нанесли 70 ударов).
Однако в уголовном деле до сих пор слишком много загадок и белых пятен. В особенности это касается роли генерала Храмова, начальника ОСБ Петрова и их подчиненных — Илюшина и Черткова. По крайней мере родственники подсудимых во время процесса заявили, что «сидеть должны заказчики убийства — генералы ФСБ, а не назначенные стрелочники!». К тому же несколько свидетелей постоянно путались в показаниях, а заключенных, свидетельствовавших в пользу обвинения, сразу выпустили по условно-досрочному освобождению. И в этой связи, видимо не случайно, генерала Храмова в срочном порядке перевели в столицу.
Немалый интерес вызывает и темная история проведения допэмиссии на Новомирском ГОКе, в которой фигурировала супруга бывшего губернатора Ходырева (сама она называла обвинения «чушью и недоразумением»). По сообщениям нижегородских СМИ, уголовное дело в отношении госпожи Ходыревой выделялось в отдельное производство, но затем «из Кремля якобы настоятельно попросили оставить семью в покое». Наши источники информации в Нижнем Новгороде не исключают, что гибель полковника Ефремова может быть связана с расследованием этого уголовного дела.
…Редакция «Новой» никоим образом не хочет оказывать давление на следствие и суд. Но предсмертные письма Ефремова не дают нам возможности промолчать. Разумеется, мы готовы выслушать контраргументы лиц, упомянутых в документах, и в ближайших номерах расскажем о результатах журналистского расследования. Пока же у нас есть несколько вопросов к официальным лицам:
1) Какая оценка дана следствием тем документам, которые опубликовала «Новая газета»?
2) Понес какое-либо наказание прокурор Сергей Полудневич, отдавший приказ перевести подследственного Ефремова в спецколонию? Кто посоветовал ему это сделать? На каких основаниях подследственный был переведен в места лишения свободы?
3) Почему в день убийства случилось внезапное отключение электричества в ИК-11 (камеры видеонаблюдения не смогли зафиксировать входящих в камеру к Ефремову)?
4) Почему следователи допрашивали только начальника ОСБ Петрова, а генерала Храмова нет?
5) Вызывались ли на допросы бывший губернатор Ходырев и его супруга?
6) Почему генерала Храмова в спешном порядке перевели в центральный аппарат ФСБ?
Справка «Новой»
Храмов Олег Владимирович родился 12 декабря 1955 года в Чеченской АССР. Женат, двое сыновей. В 1973 году окончил среднюю школу с золотой медалью. В этом же году поступил в Высшую школу КГБ СССР. В 80-е годы работал под крышей советского посольства в Тунисе. До назначения начальником УФСБ России по Нижегородской области являлся первым заместителем начальника УФСБ по Москве и Московской области. Сейчас возглавляет оперативное управление в центральном аппарате ФСБ. Имеет государственные награды.